Хорошего дня!
10

Фальшивая воинская часть в СССР: место самого дерзкого афериста Советского Союза всегда было рядом с первым секретарем КП(б) Молдавии Леонидом Брежневым!

После того, как афера вскрылась, полетели головы многих тогдашних руководителей Молдавской ССР

Николай Павленко - самый дерзкий аферист Советского Союза! (Фото: личный архив Павленко).

Дерзкая афера Николая Павленко, организовавшего поддельную воинскую часть, в свое время потрясла страну. Об этой истории даже был снят популярный сериал «Черные волки».

Даже во время Великой Отечественной войны в СССР находились реальные «великие комбинаторы». Самым успешным из них — до своего ареста — был Николай Максимович Павленко, создатель самой грандиозной аферы в истории Красной армии и СССР. Павленковская биография до сих пор вызывает споры у историков, и вопрос — кто был его покровителем, сообщает vm.ru.

Сын кулака

Как указывал Павленко в автобиографии, он родился в 1908 году. По другой версии, это случилось в 1912 году, а сам Павленко также указывал в ряде своих документов, что родился в 1910-м и даже в 1914 годах.

Место рождения — село Новые Соколы Киевской области. Отец — зажиточный мельник, и Николай Павленко, обладавший, по свидетельству близких ему людей, поистине звериным чутьем на опасность, в 1928 году сбежал из дома. В СССР развернулась кампания по раскулачиванию, и оказаться сыном кулака означало оказаться в ссылке. Отца и родственников Павленко через год после ухода Николая отправили в Сибирь.

Николай же, подавшись в город на заработки (и по одной из версий, приписав себе в документах лишние четыре года и иное место рождения), устроился в Белоруссии на работу строителем в Главное управление шоссейных и грунтовых дорог и автомобильного транспорта (Главдортранс) Белоруссии, входившего в состав Центрального управления шоссейных и грунтовых дорог и автомобильного транспорта при Совете Народных Комиссаров СССР (ЦУДорТранс при СНК СССР). После двух лет работы, получив стаж и рекомендации, Павленко поступил на инженерно-строительный факультет Белорусского государственного политехнического института.

Хотя при поступлении удалось скрыть происхождение, через несколько месяцев, когда он учился на втором курсе, бдительные сотрудники институтского отдела кадров отправили запрос по указанному Павленко его прежнему месту проживания, и Николай, не дожидаясь сотрудников органов, бросил учебу и быстро покинул Минск, не оставив знакомым контактов.

Строитель или сексот

Далее, после нескольких лет неизвестности, Павленко, подобно тому, как описывалось в досье Остапа Бендера на Корейко, всплывает в 1935 году в городе Ефремове Тульской области.

Теперь он работает бригадиром в дорожно-строительной организации, и попадает под следствие за многочисленные приписки и массовое хищение стройматериалов. В стране действует «закон о трех колосках» («Об охране имущества государственных предприятий, колхозов и ко операции и укреплении общественной (социалистической) собственности», предусматривающий наказание в виде расстрела, а при смягчающих обстоятельствах — до 10 лет лишения свободы с конфискацией имущества), но Павленко не посадили. Он согласился помочь сотрудникам органов «в разоблачении антисоветского заговора» в строительном областном управлении, обличив работавших там «вредителей» — инженеров Волкова и Афанасьева. А сам Павленко с незапятнанной анкетой трудоустроился в другое учреждение.

Но есть и другая версия этого этапа павленковской деятельности — завербованный на втором курсе института сотрудниками НКВД Павленко, успешно принявший участие в агентурной разработке троцкистов-антисоветчиков, после второго курса бросил учебу и с помощью кураторов из органов был направлен на работу в строительные организации, одной из которых стал Главвоенстрой при Совнаркоме СССР. Принятый на работу прорабом, Павленко уже через пару месяцев был назначен старшим прорабом, а потом стал начальником отдельного строительного участка, благополучно пережив эпоху Большого террора.

Павленко был не только хорошим организатором и строителем, но и незаурядным экономистом и специалистом по припискам и фальсификации строительной документации, при помощи чего долгое время удавалось заниматься списанием ценностей и завышением объемов работ.

Дезертир

Мобилизованный сразу после начала Великой Отечественной войны, через пять дней Николай Павленко был направлен воен техником 1-го ранга во 2-й отдельный стрелковый корпус Калининского фронта, находившийся в Минске.

В другой версии — был назначен помощником начальника инженерной службы 2-го стрелкового корпуса в Западном особом военном округе. Части корпуса, в котором служил Павленко, после оборонительных боев в Белоруссии, понесшие большие потери, были выведены в Смоленскую область. Получив новое назначение — в отдел аэродромного строительства штаба формирующейся 1-й воздушной армии Западного фронта и оформив командировку, — в марте 1942 года Павленко с сержантом-шофером на служебном грузовике отправился в Калинин, где находились родственники и где он когда-то, еще будучи студентом, работал и многих местных жителей с тех пор знал. Как потом на допросе утверждал сам Павленко, «я был откомандирован в отдел аэродромного строительства ВВС Западного фронта.

Но в районе Калинина этого отдела не оказалось, и я решил лично создать военно-строительный участок». Но на самом деле это было дезертирство… Во время одной из попоек со знакомыми из строительных организаций один из собутыльников, резчик по дереву Людвиг Рудниченко, демонстрируя таланты, вырезал из подошвы резинового сапога гербовую печать и штампы, на которых было написано «Участок военно-строительных работ Калининского фронта № 5».

После этого Павленко принял решение создать фиктивную воинскую часть, которую ему в военной суматохе и при помощи взяток удалось оформить как «настоящую», отпечатав тираж поддельных документов и облачив «подчиненных» в советскую военную форму.

Помимо подельников, Павленко смог договориться, чтобы в его часть были направлены служащие, отставшие от подразделений и выписанные из госпиталя.

Так в Калинине начал действовать «Участок военностроительных работ № 5 Калининского фронта» (УВСР-5), выполнявший городские заказы. После расформирования Калининского фронта осенью 1942 года войсковая часть Павленко стала строить аэродромы для 4-й Воздушной армии и стала фигурировать в документах как УВР-5. Павленко и его подчиненные получали чины и награды.

Эшелон трофеев

Окончание войны «павленковцы» застали в германском городе Штутгарте. На территории Германии после 9 мая 1945 года подчиненные Павленко, «солдаты» и «офицеры», занялись грабежом мирных немцев, которые стали жаловаться в советские комендатуры. Для наведения порядка и прекращения возможных расследований со стороны бдительных органов Павленко лично приговорил к смерти и расстрелял двух своих, задержанных с поличным на грабежах.

Один из самых так до конца и не раскрытых эпизодов павленковской деятельности — как он в 1946 году сумел из германского Штутгарта вывезти в СССР железнодорожный состав из 30 вагонов. Вывоз имущества из Германии контролировался и фиксировался советскими органами, которые могли оставить состав или позже — предъявить получателю обвинение в хищениях.

В павленковском эшелоне были: грузовые и легковые автомобили, мотоциклы с колясками, трактора, мебель, швейные машины, ковры, посуда, радиоприемники, рулоны тканей, музыка льные инструменты, одежда, мешки с сахаром и крупами, техника и другое имущество. Помимо этого, в Советский Союз направлялось сто голов крупного рогатого скота и двести павленковских подчиненных.

Через три года Павленко воссоздал свою часть — уже «управление» («Управление военного строительства» — УВС 1») — во Львове, используя прежние приемы, но увеличив объем договоров и работ (на территории шести республик: Украинской, Молдавской, Белорусской, Латвийской, Литовской, Эстонской). Как позже заявил на суде Павленко, «мы не вели антисоветской деятельности, мы просто строили, как умели, а умели мы хорошо».

В течение четырех лет управление сумело заключить 64 договора на сумму 38 миллионов 717 тысяч 600 рублей, из которых были получены 25 миллионов рублей. При этом внешне деятельность управления не отличалась от прочих подразделений Советской армии, живших по уставу, — проводились занятия по боевой и политической подготовке, часовой стоял у Красного Знамени части… УВС получало оружие (в расположении управления в Кишиневе при арестах и обысках обнаружены 9 автоматов, 21 карабин, 3 ручных пулемета, 19 пистолетов и револьверов, 5 гранат и более 3000 патронов) с разрешения местных органов госбезопасности — МГБ Молдавии. Павленко неоднократно заявлял окружающим, что, помимо строительной деятельности, организация занимается и другой, секретной.

И поэтому в управлении был и «особый отдел», возглавлявшийся Юрием Константинером, доверенным лицом и свояком Павленко.

Рядом с начальством

Павленко всегда не только восхвалял вождей и участвовал в разоблачении врагов народа, но и сотрудничал с органами госбезопасности, заводил знакомства.

Павленко в Молдавии часто избирали в президиумы торжественных собраний и партконференций, во время праздничных парадов его место было на трибуне рядом с руководством республики и с Первым секретарем КП(б) Молдавии Леонидом Брежневым. За несколько месяцев до ареста Павленко присвоил (или ему присвоили?) себе звание полковника.

В результате одной жалобы на имя маршала К.Е. Ворошилова (заместителя председателя Совета Министров СССР) началось расследование, и военная прокуратура неожиданно узнала, что указанная в письме воинская часть не значится в списках ни Министерства обороны, ни спецслужб.

14 ноября 1952 года были арестованы более 300 «павленковцев», а через девять дней — он сам. Многие даже не знали, что работают в фальшивом учреждении. В течение нескольких лет кандидаты на работу в управление Павленко проходили проверку в органах, выяснявших их лояльность к советской власти.

Уголовное дело, следствие по которому длилось два года, достигло 146 томов. В ходе пятимесячного разбирательства два адвоката Павленко были отправлены в больницу с инфарктами.

Директору треста, который имел дела с Павленко, один из следователей задал вопрос, почему тот верил Павленко. Свидетель ответил: «А что я мог подумать, если 1 мая он на трибуне стоит рядом с областным начальством, его хвалят, его ставят в пример, на нем парадный мундир с орденами?» Среди тех, кого следствие на территории Молдавской ССР связало с деятельностью «банды Павленко», были министр пищевой промышленности республики Цуркан и его заместители, первый секретарь Тираспольского горкома КПСС Лыхвар, секретарь Бельцкого горкома Рачинский, сотрудники министерств обороны и внутренних дел, военпреды предприятий и командиры воинских частей, финансисты и банковские работники.

После следствия были приняты меры: замы министра были уволены, первые секретари получили выговоры. Как и самый высокопоставленный деятель, который был в этом замешан, — Цуркан. О нем, кстати, упоминал Леонид Брежнев (в книге «Воспоминания», глава «Молдавская весна»): «Расскажу, для примера, как мы с Кириллом Ивановичем Цурканом, тогдашним министром пищевой промышленности, спасали урожай винограда. В тот год виноград уродился на славу… Приходит ко мне Цуркан…» 4 апреля 1955 года трибунал Московского военного округа огласил приговор руководству преступной группы под руководством Павленко. Главаря приговорили к высшей мере — расстрелу, с конфискацией имущества.

Остальные 16 «соратников» получили тюремные сроки от 5 до 20 лет, с конфискацией имущества и лишением орденов и медалей. Но до сих пор нет достоверного ответа на вопрос, кто же был главным покровителем Павленко в верхах...

Подпишись на наши новости в Google News!

Поделиться:
Читайте также